Мудрые мысли

Марк Твен (англ. Mark Twain, настоящее имя Сэмюэл Лэнгхорн Клеменс (англ. Samuel Langhorne Clemens))

Марк Твен (англ. Mark Twain, настоящее имя Сэмюэл Лэнгхорн Клеменс (англ. Samuel Langhorne Clemens))

(30 ноября 1835, посёлок Флорида (штат Миссури) — 21 апреля 1910, Реддинг (штат Коннектикут); похоронен в Элмайре (штат Нью-Йорк))

Выдающийся американский писатель, журналист и общественный деятель. Его творчество охватывает множество жанров — реализм, романтизм, юмор, сатира, философская фантастика, публицистика и др., и во всех этих жанрах он неизменно занимает позицию гуманиста и демократа.

Цитата: 511 - 527 из 592

  Хорошие дети и взрослые всегда должны доводить свою работу до конца. В старое время, когда маленькие мальчики всегда были хорошими маленькими мальчиками, одному рабочему случилось забивать патрон в скалу. Патрон взорвался раньше срока, и рабочий взлетел в воздух. Он летел все выше и выше, делался все меньше и меньше, пока вовсе не исчез из вида. Но вот он снова появился; сначала он казался величиной с птицу, потом с котенка, потом с собаку, потом с ребенка, и наконец он опустился на свое старое место и как ни в чем не бывало продолжал работать, – вот это постоянство. В нем заключается секрет успеха.
Правда, хозяин не оценил как следует своего работника и при выплате ему жалованья вычел за пятнадцать минут, которые рабочий провел в воздухе.


  Хорошие друзья, хорошие книги и спящая совесть - вот идеальная жизнь.


  Хорошие манеры – это организованная защита зрелых людей от молодежи.


  Хорошо было Адаму! Если ему случалось удачно сострить, он мог быть уверен, что не повторяет старые шутки.


  Хорошо, что на свете есть дураки. Это благодаря им мы преуспеваем.


  Хотя мы – скептически настроенные демократы, мы захлебываемся от счастья, когда нас замечает герцог; а когда нас замечает монарх, то мы до конца дней своих страдаем размягчением мозга. Мы изо всех сил стараемся умолчать об этих бесценных встречах, и порою некоторые из нас ухитряются держать своих герцогов и монархов про себя; это стоит нам немалых трудов, но порою это нам удается.
Что касается меня, то я так старательно и настойчиво тренировался в этом виде самоотречения, что нынче могу спокойно и безучастно наблюдать, как возвратившийся из Европы американец небрежно и с благодарностью подражает графам, с которыми встречался; я могу наблюдать молча и безмятежно, не пытаясь вывести его на свежую воду и заставить его раскрыть свои карты, хотя у меня самого припрятаны на всякий случай три короля и парочка императоров.


  Храбрость - это сопротивление страху, подавление страха, а не отсутствие страха. Если человек не способен испытывать страх, про него нельзя сказать, что он храбр,- это было бы неправильным употреблением эпитета. Взять к примеру блоху : она считалась бы самой храброй божьей тварью на свете, если бы неведение страха было равнозначно храбрости. Она кусает вас и когда вы спите, и когда вы бодрствуете, и ей невдомек, что по своей величине и силе вы для нее то же, что все армии мира вкупе для новорожденного младенца ; блоха живет день и ночь на волосок от гибели, но испытывает не больше страха, чем человек, идущий по улицам города, находившегося десять веков назад под угрозой землетрясения. Когда говорят о Клайве, Нельсоне и Путнэме как о людях, *не ведавших страха*, то непременно надо добавить к списку блоху, поставив ее на первое место.


  Худшее одиночество - это когда человеку неуютно с самим собой.


  Хуже этого бывает, лишь когда вы встречаете знакомую даму, она смотрит на вас, но не замечает, а когда замечает, то не узнает.


  Церковь тем постоянно и держится, что она - враг прогресса и ставит рогатки на его пути. Но как только прогресс побеждает, она спешит причислить это к своим заслугам. Все, что церковь проклинает, - живет; все, чему она противится, - расцветает.


  Цивилизация - это бесконечное накопление ненужных вещей.


  Часто бывает, что человек, который ни разу в жизни не соврал, берется судить о том, что правда, а что ложь.


  Часто самый верный способ ввести человека в заблуждение - сказать ему чистую правду.


  Человек — единственное животное, которое краснеет, и которому это действительно нужно.


  Человек - единственное животное, которое может краснеть и имеет для этого поводы.


  Человек — единственное животное, способное краснеть. Впрочем, только ему и приходится.


  Человек — религиозное животное; единственное животное, которое любит ближнего своего, как самого себя, и перерезает ему глотку, если расходится с ним в богословских вопросах.