Притчи


•  Ты слишком много оглядывался
   Пришел как-то к великому суфию Байязиду Бистами один человек и сказал:
   — Из-за твоего учения разрушена вся моя жизнь. Двадцать лет тому назад я пришел к тебе, и ты мне сказал, что если не просишь — богатства сами последуют за тобой; если не ищешь — все дано будет тебе; если не возжелаешь — придет самая прекрасная женщина. Потрачено целых двадцать лет! Хоть бы какая уродина пришла! А про богатства я вообще молчу! Я стал болен, ты разрушил всю мою жизнь. Ну а теперь, что ты мне скажешь?
   Байязид ответил:
   — Да, это все произошло бы, но ты слишком много оглядывался, смотрел вновь и вновь, идут ли они или нет. Было желание. Ты упустил все из-за желания, а не из-за меня. Ты все ждал: вот сейчас придет самая красивая женщина, чтобы постучать мне в дверь; сейчас придет ко мне богиня богатства. Ты не был молчалив. Ты не был в состоянии нежелания!
   (суфийская притча)


•  Стоит ли зазнаваться?
   Случилось как-то Мулле Насреддину обратиться к каймакаму. Возмущенный чванливостью этой чиновной особы, Мулла Насреддин не стерпел:
   — С чего это, любезный, ты так зазнаешься, кто ты такой?
   — Будто не знаешь, я — каймакам!
   — Ну, хорошо, а потом кем станешь?
   — Губернатором!
   — Ну а дальше?
   — Министром.
   — А еще кем?
   — Садразамом.
   — А дальше?
   — Никем.
   — А я уже сейчас никто. И стоит ли так зазнаваться?
   (притча про Насреддина)


•  Насреддин на дереве
   Насреддин рубил топором сук, сидя на его конце. Прохожий сказал ему:
   — Ты с ума сошел! Если ты отрубишь этот сук, то сам упадешь на Землю.
   Насреддин ответил:
   — Иди прочь! Что ты знаешь? — и продолжил рубить.
   Когда сук был перерублен, Насреддин вместе с ним упал на землю. Тут он вскочил и побежал вслед за прохожим, говоря:
   — Оказывается, этот человек гадальщик, надо спросить у него, сколько я проживу.
   (притча про Насреддина)


•  Как обойти правило
   Если человек достаточно хитер, чтобы запомнить тридцать три тысячи правил, он и достаточно сообразителен, чтобы всегда найти способ их обойти. Если он не хочет делать определенную вещь, он найдет способ.
   Я слышал историю об одном христианском святом. Кто-то ударил его по лицу, потому что в этот день на утренней лекции он сказал: *Иисус говорит, что если кто-то ударит тебя по одной щеке, подставь другую*. И этот человек захотел это проверить и ударил его изо всех сил по щеке. Этот святой был действительно истинным верным своему слову: он подставил ему другую щеку. Но этот человек был тоже непрост: он ударил и по второй щеке, еще сильнее. Тогда его ждала неожиданность: этот святой набросился на него и стал бить его так сильно, что этот человек сказал:
   — Что ты делаешь? Ты же святой, и утром ты сказал, что если кто-то ударит тебя по одной щеке, подставь другую.
   Он сказал:
   — Да, но у меня нет третьей щеки. И Иисус на этом останавливается. Теперь я свободен. Теперь я буду делать, что мне хочется. Иисус не дает об этом больше никакой информации.
   (притча в изложении Ошо)


•  Судьба кувшинчика
   Маленький глиняный кувшинчик для воды стоял на столе. В углу комнаты на кровати лежал больной, томимый жаждой. *Пить! Пить…* — поминутно просил он. Но родичи его ушли по делам, оставив его одного. Мольба больного была так жалобна, что даже кувшинчик не выдержал. Он переполнился состраданием и, прилагая невероятные усилия, подкатился к постели больного, остановившись возле самой его руки. Больной открыл глаза, и взгляд его упал на кувшинчик. От этого зрелища он исполнился изумления и облегчения. Собрав все свои силы, больной поднял кувшинчик и прижал его к горячим от жара губам, но только тут понял, что кувшин пуст! Последние силы больной потратил на то, чтобы швырнуть кувшинчик в стену. Тот разлетелся на бесполезные куски глины.
   Не уподобляйся больному — не превращай в куски глины тех, кто стремится тебе помочь. Даже если их попытки тщетны, оцени по достоинству их усилие.
   (суфийская притча)


•  Была ли корысть?
   Цзэн-Цзы дважды служил, и чувства его дважды менялись. Он сказал:
   — Я служил при жизни родителей, получал лишь три фу, а сердце радовалось. Потом получал три тысячи чжуанов, но не посылал родителям, и сердце мое печалилось.
   Ученики спросили у Конфуция:
   — Можно ли такого, как Цзэн-Цзы, считать невиновным в корысти?
   — Была корысть. Разве свободный от корысти предавался бы печали? Такой смотрел бы на три фу или на три тысячи чжуанов, как пташка на пролетающего перед ней комара.
   (даосская притча)


•  Апельсин
   История о первой встрече ламы Калу Ринпоче с дзэнским мастером Сеунгом Саном.
   Вошли два монаха в монашеских платьях — бордово-желтое у тибетца и строгое серо-черное у корейца, за ними следовала лысая свита монахов помоложе и переводчики. Тибетский лама сел неподвижно, одной рукой перебирая деревянные четки и непрерывно бормоча *Ом мани пеме хунг* в такт дыханию.
   Дзэнский мастер, славившийся своими методами забрасывания учеников вопросами до тех пор, пока они не вынуждены будут признать свое неведение, и затем оравший на них: *Ты не знаешь ум!*, пошарил в глубине своей робы и извлек оттуда апельсин.
   — Что это? — требовательно спросил он у ламы. — Что это такое? Это было типичным вступлением, и он был готов сразу наехать на любой ответ.
   Тибетец сидел, тихо мусоля свои четки, и ничего не отвечал.
   — Что это? — настаивал мастер Дзэна, держа апельсин перед носом тибетца.
   Калу Ринпоче очень медленно наклонился к тибетскому монаху, сидящему рядом в качестве переводчика, и они перешептывались несколько минут. Наконец переводчик огласил:
   — Ринпоче говорит: *Что с ним такое? У них там что, нет апельсинов?*
   (историческая притча)