Мудрые мысли

Маргарет Манерлин Митчелл (англ. Margaret Munnerlyn Mitchell)

Маргарет Манерлин Митчелл (англ. Margaret Munnerlyn Mitchell)

(8 ноября 1900, Атланта, Джорджия, США — 16 августа 1949, Атланта, Джорджия, США)

Американская писательница, автор романа-бестселлера «Унесённые ветром».

Цитата: 222 - 238 из 308

Она вспомнила, что издеваясь над собой, - а заодно и над другими, он часто говорил правду и о себе.
(«Унесенные ветром»)


Она должна пройти через это испытание, выдержать злобные выходки всех этих мерзких девчонок, испить до дна и свое унижение, и горечь постигшего ее разочарования. Убежать - значило бы только дать им всем новое против себя оружие.
(«Унесенные ветром»)


Она знала, чего хочет, и шла к цели кратчайшим путём - как мужчина, а не окольными, скрытыми путями, как это свойственно женщинам.


Она научилась говорить себе: *Я не стану думать об этом(или о том) сейчас - это слишком неприятно. Я подумаю об этом завтра*. И чаще всего, когда наступало завтра, неприятная мысль или не возникала больше или по прошествии времени уже не казалась такой неприятной.
(«Унесенные ветром»)


Она находила непостижимым,что люди могут быть так эгоистично равнодушны к ее страданиям и в мире все продолжает идти своим путем, в то время как ее сердце разбито.
(«Унесенные ветром»)


Она не может вернуться сейчас домой! Не может так вот взять и убежать! Она должна пройти через это испытание, выдержать злобные выходки всех этих мерзких девчонок, испить до дна и свое унижение, и горечь постигшего ее разочарования. Убежать - значило бы только дать им всем новое против себя оружие.
(«Унесенные ветром»)


Она не сумела понять ни одного из двух мужчин, которых любила, и вот теперь потеряла обоих. В сознании ее где-то таилась мысль, что если бы она поняла Эшли, она бы никогда его не полюбила, а вот если бы она поняла Ретта, то никогда не потеряла бы его. И она с тоской подумала, что, видимо, никогда никого в жизни по-настоящему не понимала.
(«Унесенные ветром»)


Она никогда подолгу не задумывалась над причудами человеческого поведения и никогда не позволяла себе подолгу унывать, если что-то не получалось...
(«Унесенные ветром»)


Она позеленела, на носу вдруг проступили веснушки, а рот искривился судорогой - совсем как у Джералда в минуту безудержной ярости. Она вскочила на ноги с каким-то звериным криком, так что шум голосов в соседней комнате сразу стих. Ретт, словно пантера, одним прыжком очутился возле нее и своей тяжелой ладонью зажал ей рот, а другой рукой крепко обхватил за талию. Она бешено боролась, пытаясь укусить его, лягнуть, дать выход своей ярости, ненависти, отчаянию, своей поруганной, растоптанной гордости. Она билась и извивалась в его железных руках, сердце у нее бешено колотилось, тугой корсет затруднял дыхание. А он держал ее так крепко, так грубо; пальцы, зажимавшие ей рот, впились ей в кожу, причиняя боль.
(«Унесенные ветром»)


Она потерпела поражение, но сильнее, чем горечь этого поражения, был страх: что, если она сделалась теперь всеобщим посмешищем?
(«Унесенные ветром»)


Она сказала, что у нее доски лучше и к тому же дешевле, в доказательство чего быстро сложила в уме длинную колонку цифр и, не сходя с места, назвала сумму. Худо было уже то, что она появилась среди этих пришлых грубиянов, работавших на строительстве, но еще хуже то, что женщина открыто выказала такие способности в арифметике.
(«Унесенные ветром»)


Она убила бы его, если бы могла. Но ей оставалось только уйти, что она и сделала, изо всех сил стараясь сохранить достоинство и с шумом захлопнув за собой тяжелую дверь.
(«Унесенные ветром»)


Она ясно видела перед собой только то, чего хотела достичь, и шла к этой цели наикратчайшим путем.
(«Унесенные ветром»)


От вас требуют, чтобы вы делали тысячу каких-то ненужных вещей только потому, что так делалось всегда. И о той же причине тысячу совершенно безвредных вещей вам делать не дозволяется. А сколько при этом всевозможных нелепостей.
(«Унесенные ветром»)


От слез может быть толк, когда рядом мужчина, от которого нужно чего-то добиться.
(«Унесенные ветром»)


От строгого взгляда голубых глаз Джералда не укрылось, как хорошо налажено хозяйство у его соседей и как умело управляются со своими слугами аккуратно причесанные, шуршащие шелковыми юбками хозяйки дома. Ну, а то, что они от зари до зари хлопочут то в детской, то на кухне, то в прачечной, то в бельевой, - это ему как-то не приходило на ум. Он видел только результаты этих хлопот, и они производили на него неотразимое впечатление. Неотложная необходимость обзавестись женой стала ему окончательно ясна...
(«Унесенные ветром»)


План был крайне прост, ибо с унаследованной от Джералда целеустремленностью она ясно видела перед собой только то, чего хотела достичь, и шла к этой цели наикратчайшим путем.
(«Унесенные ветром»)